Catsgo.ru

– У нас здесь нет прав, разве тебе не понятно? – заметила Алла.

– Но нас связали! – не унимался Волокуша. – У них оружие…

– Ты хоть не ной! – рявкнула в его сторону Алла. – Тоже мне, мужик!

– Не затыкай всем рот! – прикрикнул на нее Волокуша.

– Пошел ты в задницу! – огрызнулась она.

– Поговорили? – хмуро бросил Андрей. – Теперь все. Больше чтоб я не слышал ни звука.

На место они прибыли еще затемно. Джип поставили багажником к мостику. Ждали. Никто не проронил ни слова, лишь Алла пересела на колени к Бубулину, как тот и хотел, – просто у Савичева затекли ноги. На этот раз и Бубулин не шутил – атмосфера в джипе была напряженная. Во-первых, пленников волновало, почему и с какой целью стоят они посреди поля. Во-вторых, вооруженные до зубов Андрей и Назар наводили на них ужас. А в багажнике прятался Гриша – значит, готовилась некая акция, участниками которой предстояло стать абсолютно всем. Но какой акции? В-третьих, похитители не проявляли никаких эмоций, находились в напряженном покое. От всего этого на пленников напала нервная дрожь.

А на местность лег туман. Резкое потепление превратило воздух в завесу, дышавшую сыростью. Постепенно светлело, обозначились серо-черные пятна отдельных рощ, размытых туманом. И тишина надрывала душу. Правда, журчание протекающей невдалеке и почему-то незамерзшей речки нарушало эту гнетущую тишину, но добавляло при том еще больше нервозности.

Алла попросила закурить. Назар достал сигареты, поднес зажигалку. Она связанными руками держала сигарету, давала затянуться Савичеву и Науменко. Вышли покурить Андрей, Назар и Черкесов. Курили молча, поглядывая в сторону, откуда должны были приехать их противники. Каждый думал об одном и том же: вместо мирного обмена те могут открыть огонь.

– Не думаю, что им нужна гора трупов, – сказал Черкесов, угадав, о чем размышляют парни. – Зачем лишний шум? Им нужен только я.

– Может быть, – проговорил Андрей и подался к багажнику, стукнул по нему ладонью. – Гриша, не спи.

– Я не сплю, – чуточку приоткрыл тот багажник. – Не дергайся, командир.

А Черкесов отсчитывал секунды. Как быстро несется время! Вот что нельзя задержать, поймать или присвоить – время. Его не хватает, но его разбазаривают, а оценить потерянное невозможно. Время как бы возвышается над человеческим существом, человек для него не имеет смысла, кем бы он ни был – царем или рабом. Но для человека оно имеет фантастическое значение – в нем истина, потому что это его жизнь. Только человек этого не понимает, а воспринимает время, как воспринимают ветер, жару, других людей, зверей, работу, семью или одиночество. Все это и есть его жизнь. И проносится она в одно мгновение, ведь за повседневной суетой чудится, что времени много. Только в самом конце, на пороге непоправимого, приходит понимание, что потрачено оно, возможно, впустую. Надо было каждый час проживать как последний, думал Черкесов. И тогда, может быть, открылись бы иные миры и ценности, которые не привели бы Василия Романовича в этот час на это место. Да, самое бесценное на свете – время.

Вдруг Назар тронул за плечо Андрея. Все посмотрели в сторону речки. Вдали трепетал рассеянный свет фар.

– Едут, – проговорил Андрей. – Черкесов, лезь в джип.

– Андрей, – обратился к нему тот, заметно побледнев. – Если не получится… если мне придется идти к ним… обещай, что узнаешь, кто меня… Ладно?

– Обещаю. Мне самому теперь интересно. Квартеронец, следи в оба.

– Есть, – отозвался тот.

Вскоре показался автомобиль «Kia-Sportage-2». У этой машины проходимость хорошая, она способна бегать по бездорожью, но деревянный мост через речку не преодолеет – слишком он хлипкий. Вот о чем прежде всего подумали ожидавшие.

Как и договорились, внедорожник остановился, не доезжая моста. Из машины выскочили трое мужчин в камуфляже и в черных масках, встали впереди. У них были автоматы.

– Ты бачишь, яки гадюки, – пробормотал Назар, вдруг воспользовавшись языком своей украинской бабушки. – Кажись, думають, шо мы перелякаемся вид страху, як тильки побачим их.