Кошки - благородные животные

ЭПИЛОГ
Страница 2

— Да… — Алу хмыкнула и небрежно махнула изящной ручкой. — Говорят — Энбри в юбке. Так что нечего её жалеть… Энбри тоже получил по заслугам! Теперь, стараниями Тиалианны, он просто прелесть: никаких идей, никаких планов поголовного осчастливливания населения… Хотя нет, планы-то у него остались, но вот беда — он ни с кем не может ими поделиться, — Аниаллу состроила скорбную гримаску. — Представляешь, как только Энбри соберется обнародовать свой очередной проект, он переходит на какое-то древнее, всеми забытое наречие, и никто его, бедного, не понимает. Это так ужасно! Для него, так любящего быть в центре внимания… Теперь он может привлечь его к себе только кулаками — трудно же не заметить существо, чей кулак нацелен прямо тебе в нос, — Алу выразительно вскинула брови. — Полагаю, что пройдёт время и он вовсе развоплотится, будет одиноким призраком блуждать по мирам… проклятый… забытый… — и по тому, как угасла ее улыбка, Ирсон понял, что мысли её вернулись к тому, что случилось в этих мирах за несколько последних недель…

…Да, что-то многовато свалилось на головы бедным энхиаргским обитателям! За пылающей сферой из неведомого металла последовало явление нескольких разумных существ, принадлежащих к неизвестной расе. Они «выпали» на земли Дарларона. Дарларонцы этих пришельцев с небес прятали столь усердно, что слухов про них ходило великое множество — и самых противоречивых.

Горные недра тоже преподносили сюрприз за сюрпризом. Сначала энвирзы из Миртхарина нежданно-негаданно обнаружили неподалёку от своего города огненного дракона, одного из тех особых жадных до живой плоти тварей, что выводили в Хоа, и которых считали вымершими многие столетия назад, а потом адоры наткнулись на нескольких харнианцев в одной из своих глубинных шахт. Что они там делали, да и как вообще туда попали — неизвестно. Градор попросил Аласаис прислать кого-нибудь из её алаев, чтобы допросить их. Сегодня вечером Селорн и Аэлла были приглашены во Дворец, чтобы обсудить, кого именно отправить к нему.

Не только в Энхиарге происходило невесть что. Во многих мирах был полный хаос. Между несколькими сообществами миров вспыхнула война такого масштаба, что Алу бросало в дрожь при мысли об этом. Неизвестно, куда всё это теперь зайдёт. Непонятно, откуда ждать угрозы. Но так, в общем-то, было всегда. Хотя и не в таких размерах…

— Я ненавижу войны, — внезапно пробормотал Ирсон, словно продолжая мысли сианай. — Ненавижу смерть, Аниаллу. Ты это знаешь, как никто, — поморщившись проговорил танай. — Ненавижу перемены. Я не понимаю, как ты можешь ходить и улыбаться! Вот — как? Выдержка выдержкой, но…

— Несмотря ни на что, — со странной, мягкой улыбкой ответила девушка. — Конечно, можно впасть в отчаянье, Ирс. Можно сказать, что «весь мир — зловонная лужа, а мы ползаем в ней как убогие, глухие и слепые странники, угодившие под колеса телеги, правят которой Война да Судьба. Наши руки и ноги раздроблены тяжелыми колесами, и вот мы копошимся в грязи, пытаясь собрать наши внутренности, выпавшие из разорванных тел. А они наматываются на оси колёс, и мы тащимся вслед за этой Войной… Льется кровь, лютуют эпидемии, слышатся проклятия и вопли ужаса, а в воздухе стоит смрад распада плоти и духа… и не пытайтесь спрятаться от этого под ворохом ярких тряпок и за блеском волшебных огней!» — под конец голос Аниаллу стал совсем ядовитым.

— фу-у… откуда это? — поморщился Ирсон. Он ни за что не признался бы, что время от времени подобные картины посещали и его воображение. Но выраженные словами, они вдруг предстали сыну Илшиаррис во всей своей мерзости как отражение полной безысходности и, скорее, нежелания, чем неспособности что-либо изменить.

— Есть тут один… маг. Вещал недавно на площади, ругал нас, алаев, за то, что мы-де прячемся в своём иллюзорном мире от крови и страданий, а у самого такая тоска в глазах по этому самому иллюзорному миру… Ты его, слава Аласаис, не знаешь, — торопливо ответила Алу. — Он зол на весь мир, и всего себя расходует на эту злобу. Он выбирает самые грязные и отвратительные слова, чтобы его «критика», как он считает, была более… острой, более… доходчивой. Видимо, только так, втаптывая в нечистоты всех без разбору, он начинает ощущать свою значимость, полезность что ли… словно он единственный, кто может открыть миру глаза, словно он назначен главным обвинителем на каком-то вселенском процессе, где решается судьба нашего мира… Но он забывает: обвинительный приговор падёт и на его голову, ведь он сам — часть Энхиарга. Ведь если мир так плох, а ты не делаешь его лучше, то чем же ты отличаешься от него?

Можно смаковать несчастья, можно на все лады повторять, какой ты умный и хороший, а жизнь так несправедлива, так жестока к тебе. И тогда твоя война всегда будет с тобой. А можно жить иначе — воюя с врагом, но не впуская в себя страх и отчаянье, не впуская войну в двери своей души. Это трудно. Но я не впущу.

Страницы: 1 2 3

Смотрите также

Кошка в доме
Нередко случается так, что на тот момент, когда человек решает завести котенка, в его доме уже содержится другое животное (а иногда и не одно). Данное обстоятельство становится причиной серьезных ...

Показатели
2000 г. 2001 г. Полная себестоимость 1 ц продукции, руб. Выручка, руб. Уровень рентабельности, % 502572 163336 -32,5 ...

Породы кошек
Фелинологи полагают, что на данный момент в мире насчитывается не менее 50 пород кошек. Конечно, далеко не все они являются официально зарегистрированными, ведь время от времени появляются новые э ...